Но сегодня речь пойдет не об этом. К сожалению, ОАО «Колэнергосбыт» в последние два года на оптовом рынке является хроническим должником, а в этом году - одной из трех компаний, находящихся в зоне риска в части лишения статуса субъекта оптового рынка. В последние недели ситуация обострилась до предела: региональное Управление по тарифному регулированию предупредило компанию о возможной смене гарантирующего поставщика Мурманской области, если ОАО «Колэнергосбыт» не исправит неудовлетворительные показатели финансовой устойчивости, по которым оно ежеквартально отчитывается перед регулятором. Одновременно в Совете рынка и ЦФР обсуждается возможность лишения компании статуса субъекта оптового рынка. О том, что происходит с компанией и почему, мы беседуем с председателем совета директоров ОАО «Колэнергосбыт», генеральным директором ООО «КРЭС-Альянс» Алексеем Пресновым.
Алексей Викторович, почему, на Ваш взгляд, ситуация близка к критической с точки зрения возможного лишения ОАО «Колэнергосбыт» статусов ГП и субъекта оптового рынка?
Я бы начал с того, что напомнил, что осень в электроэнергетике – традиционная пора подведения итогов готовности отрасли к зиме, формирования окончательных энергобалансов и тарифных решений, по которым все субъекты электроэнергетики будут жить следующий год. Несмотря на то, что продолжающаяся либерализация отрасли по идее должна существенно снижать зависимость ее субъектов от конкретных тарифно-балансовых решений, их влияние на судьбы участников российского рынка электроэнергии по-прежнему чрезвычайно велико. Именно от тарифно-балансового решения по существу зависят основы деятельности гарантирующих поставщиков на оптовом и розничном рынках, их тарифы, уровни свободных цен, транслируемых с оптового рынка на потребителей. Такая зависимость, казалось бы, рыночных игроков от субъективизма административных решений в действующей модели рынков электроэнергии переходного периода неизбежно провоцирует попытки передела этих рынков внерыночными методами, тем более в нашей стране, с глубоко укоренившейся привычкой решать проблемы не по закону, а по бюрократическим и иным понятиям. И текущий год в этом отношении особенный. Это последний год, когда балансы и тарифы будут играть ту роль, которую они играют сегодня. Ведь если случится чудо, и к 2011 году оптовый рынок электроэнергии будет полностью либерализован, за исключением поставок населению, а на рознице заработает конкурентная целевая модель, активно обсуждаемая сегодня, то это, по большому счету, будет означать, что рыночная реформа отрасли действительно состоялась, мы все справились. Как справились с этой задачей и множество других стран с успешной экономикой. И это будет также означать, что при помощи административных ресурсов и закулисных маневров вот так просто перекроить рынок, отнять бизнес у одних в пользу других будет уже сложно, если не невозможно. Именно поэтому сегодня мы наблюдаем всплеск административных попыток силового передела рынка в Мурманской области, и, уверен, в ближайшие месяцы это станет проблемой не только нашей области. Ведь, те, у кого есть административные рычаги, начали понимать, что если этого не сделать сейчас, то можно опоздать навсегда. Это, кстати, выражается и в различных попытках затормозить реформу, создать тут и там всяческие особые зоны, неценовые или какие-нибудь еще, затягивать введение рыночных конкурентных механизмов формирования сбытовой надбавки, отложить решение вопроса перекрестного субсидирования и т.д. В последнее время в отрасли явно наблюдается некоторая тенденция поворота назад: больше регулирования, меньше рынка. Отчасти это может быть оправдано, но надо видеть и другое: чиновники в отрасли боятся, что рынок сделает их ненужными в том качестве, в котором они привыкли себя видеть и комфортно ощущать.
Почему это проявилось так явно именно у нас? Потому что в Мурманской области сегодня сложилась ситуация, определенная наложением нескольких факторов и интересов. Принципиально суть состоит в том, что сбыт как бизнес здесь оказался, с одной стороны, привлекательным активом из-за его хорошей структурированности и высоких показателей потенциальной эффективности рынка, а с другой – слабым звеном в плане как текущей финансовой устойчивости действующих компаний, так и имеющегося у них в наличии административного ресурса. К этому надо добавить и то, что в области появились люди, облеченные полномочиями в принятии ключевых решений, но при этом слабо представляющие, что такое современная сбытовая компания.
Неудовлетворительные показатели финансовой устойчивости и хронические долги ОАО «Колэнергосбыт» на оптовый рынок, смею напомнить, в основном связаны с глобальным фактором: регион с 2007 года является субсидируемым по программе ликвидации межтерриториального перекрестного субсидирования (МТПС). Также смею напомнить, что само понятие МТПС возникло из обстоятельств, когда в 2007 году, в связи с ростом цен на газ, ФСТ по каким-то ведомым только ей критериям, резко повысила индикативные цены в некоторых регионах, в том числе и в Мурманской области. Очевидно, что за этим стояла задача выравнивания оптовых тарифов в среднем по стране. В то же время на рознице традиционно низкие тарифы в Мурманской области (ведь 95% генерации там – это относительно небольшие и высокоэффективные ГЭС, а также Кольская АЭС) не могли быть подняты также одномоментно, без нанесения фатального ущерба экономике области. Учитывая высокие показатели отпуска ОАО «Колэнергосбыт» (около 12млрд. кВтч за 2008 год) величина требуемых субсидий оказалась очень приличной - самой большой по стране. Это же обстоятельство и обусловило величину текущих долгов на оптовый рынок, ведь стало уже традицией, что субсидия выделятся в конце года, независимо от того, когда подписывается соответствующее Постановление Правительства.
2007 год – первый год работы с субсидиями прошел относительно спокойно. РАО «ЕЭС России» координировало деятельность всех своих компаний и не позволяло генераторам и сетям «рвать» субсидируемый сбыт «на части» пока не получена субсидия, а ЦФР - безбожно штрафовать сбыты из-за того, что не предоставлены какие-то справки ФСТ на суммы, сопоставимые с их годовой НВВ. Но уже в 2008 году, когда наши акционеры купили убыточную компанию у РАО за очень приличные деньги, все изменилось. И, несмотря на наши усилия по сокращению расходов, несмотря на то что, мы сумели по итогам 2008 года не только закрыть убытки, сделанные менеджментом РАО ЕЭС России в 2007 году, но и получить чистую прибыль, тучи над нами все последние месяцы сгущались. Генераторы уже в 2008 году не хотели ничего слышать и слушать, а сегодня тотально подают в суды по задолженности по регулируемым договорам. Между тем, имеющаяся задолженность в основном носит объективный характер и обусловлена как длительным отсутствием субсидии, так и ее фактической недостаточностью, а также резким ростом неплатежей на розничном рынке во второй половине 2008 и 2009 годах.
Однако неплатежи на розничном рынке, связанные с кризисными явлениями в экономике, затронули не только Мурманскую область. Почему именно у Ваших компаний объем дебиторской задолженности на рознице столь высок и составляет около 2 млрд. руб.?
Действительно надо отметить, что, помимо кризиса, рост неплатежей на розничном рынке еще 2008 году и, особенно, с начала 2009 года, составляющий 70% по ОАО «Колэнергосбыт» и 25% по ООО «КРЭС», обусловлен и субъективными специфическими обстоятельствами. На протяжении последних лет, то есть с момента запуска реформы оптового и розничных рынков в 2006 году, областные власти пытались проводить политику удержания низких тарифов в области, вопреки логике и духу реформы, принципам создания единого рыночного пространства в рамках ценовых зон. Эта политика противоречила и соглашению, заключенному между федеральным центром и областью, по которому розничные тарифы, наоборот, должны были расти ускоренными темпами, с тем, чтобы выйти на средний уровень первой ценовой зоны к 2011 году и таким образом прекратить субсидирование области. Ведь и само выделение субсидий региону было обусловлено этим соглашением, которое областные власти старались не выполнять в полном объеме. Так, ФСТ задавала один уровень предельных тарифов, а КТР Мурманской области устанавливал их ниже минимального значения. Федеральные органы рассчитывали размер субсидии из параметров соглашения о доведении тарифов до экономически обоснованных, а региональные власти считали размер субсидии из своих соображений, искусственно завышая его при расчете конечных тарифов для потребителей. Крайним же при любых раскладах оставалось ОАО «Колэнергосбыт» - основной поставщик электроэнергии в регион. В 2007 году оно не пользовалось поддержкой региональной власти потому, что контролировалось из Москвы и Санкт-Петербурга, и считалось виновником роста цен на электроэнергию в регионе. В мае 2008 года компания вроде бы перешла под местный контроль, но начался кризис, в июле 2008 года был введен рынок мощности со всеми его отрицательными последствиями для роста цен на электроэнергию в рознице, и крайними опять, несмотря на все наши усилия в информационной сфере, оказались, энергосбытовые компании. Сюда нужно добавить и постоянное муссирование темы о переходе области в неценовую зону, заявления вполне официальных лиц о том, что свободные цены можно не оплачивать, что эта вакханалия с рынком вот-вот прекратится и т.д. и т.п. Весной 2009 года, когда нам удалось взять ситуацию под контроль, в том числе в информационном плане, найти, наконец, общий язык с руководством области, довести до широкой общественности причины роста цен и приостановить неконтролируемый рост неплатежей, случился еще один глобальный катаклизм - произошла полная смена руководства области. В отношениях с областной властью, с тарифными органами возникла пауза. Предприятия, прежде всего инфраструктурные, поддерживаемые, как правило, прокуратурой, опять стали наращивать долги. На сегодня только предприятия сферы ЖКХ должны Колэнергосбыту свыше 800 млн. руб. а общая дебиторская задолженность по двум компаниям перевалила за 2 млрд. руб.
Пауза в отношениях с новой властью, к сожалению, не только не закончилась, а перешла в последние месяцы в полное игнорирование наших проблем и наших компаний как таковых. По видимому, некоторые облеченные полномочиями чиновники, непосредственно отвечающие за инфраструктурные предприятия ЖКХ (а это основные должники ОАО «Колэнергосбыт») решили, что договариваться им с нами не о чем и сделали ставку на разрушение наших компаний и замену их другими. Здесь сыграло, я думаю, определяющую роль и то обстоятельство, что эти же предприятия в сфере теплоснабжения и ЖКХ должны огромные суммы за топливо структурам, контролируемым нашими акционерами. Вместо того чтобы искать пути, как рассчитываться с топливными и «электрическими» долгами, было принято решение обрушить весь энергетический рынок области и обанкротить всех его основных участников, в том числе и нас, заменив их другими, очевидно, на взгляд чиновников, более способными. Именно поэтому в июле–августе наши компании подверглись тотальным проверкам по надуманным предлогам, в том числе с привлечением правоохранительных органов, с целью найти какой-то компромат, опорочить компании, создать предпосылки для их силового вытеснения с рынка.
Основным инструментарием воплощения этого сценария в области выступает региональный тарифный орган и исполняющий обязанности его руководителя г-н Черечеча А.В., десантированный в область с должности начальника департамента нормативного регулирования ООО «Русэнергосбыт». Этот господин, приступивший к работе в середине июня 2009 года, уже через несколько недель начал юридически сомнительную двухмесячную проверку ОАО «Колэнергосбыт». Надо сказать, что проверка проводилась по следам аналогичной всеобъемлющей проверки ФСТ, проведенной в мае 2009 года и ничего плохого, по сути, не выявившей. Ничего существенного не смог «накопать» и г-н Черечеча, несмотря на обыски и выемки в компаниях, хотя и составил акт аж на 25 страницах (акт ФСТ – на 4 стр.), который сейчас оспаривается вдоль и поперек. По причине своей сущностной пустоты акт оказался вспомогательным «огнем», главным же стало направленное нам уведомление о возможной смене гарантирующего поставщика области из-за плохих текущих показателей финансовой устойчивости. При этом тот факт, что показатели напрямую связаны с отсутствием субсидии, скорость получения которой во многом зависит от расторопности самой областной власти, в расчет не принимается: г-н Черечеча формально исполняет пункты Правил розничных рынков, в которых о субсидиях ничего не говорится. Проводятся пресс-конференции, распространяются новостные сюжеты, где с «беспокойством» рассказывается, как плохо обстоят дела в ОАО «Колэнергосбыт», при этом намеренно искажаются или замалчиваются факты, связанные с причинами такого положения. Сбытовые компании представляются общественности в виде некой «кассы», которые в одночасье можно заменить. Наши публикации и информационные релизы в областных СМИ снимаются с публикаций или не публикуются вовсе. По существу, в СМИ Мурманской области мы, за редким исключением, находимся в информационной блокаде. Ситуация абсурдная, но с другой стороны абсолютно понятная. Совершенно ясно, что это заказ, ситуация развивается по спланированному сценарию. Ясно и то, кто за этим стоит.
Вас обвиняют в том, что ОАО «Колэнергосбыт», имея долги на оптовом рынке и перед сетевыми предприятиями, отвлекает значительные средства на не имеющие к рынку электроэнергии траты. Фигурирует даже цифра отвлеченных средств – 2 млрд. руб.?
Сложно комментировать досужие цифры наших оппонентов, но доля истины, в том, что компании тратили часть средств на выдачу займов и вхождение в капиталы других компаний, есть. Я бы хотел напомнить всем, что проданный государством в 2007-2008 гг. за вполне приличные деньги энергосбытовой бизнес в России представляет собой сегодня не что иное, как денежный поток, поддерживаемый, по сути, монопольным статусом гарантирующего поставщика первого уровня. Ни о какой рентабельности этого бизнеса как такового сегодня говорить не приходится, ровно наоборот - по существу, все энергосбытовые компании по критериям международных стандартов бухгалтерского учета являются, по меньшей мере, убыточными, если не банкротами. Очевидно, что этот бизнес не будет высокорентабельным и в обозримом будущем, даже если мы справимся с непреодолимыми сегодня проблемами неплатежей потребителей на рознице и станем работать «как во всем мире». Так для чего тогда покупались энергосбытовые компании частными инвесторами? Очевидно, в том числе и для того, чтобы контролировать денежный поток на рознице и по возможности им пользоваться. Для того чтобы настроить работу купленных активов, реформировать их, «причесать», «упаковать» и продать за дорого «стратегам», то есть получить эффект за счет капитализации. И когда их продавали в РАО ЕЭС в 2007-2008 гг., я думаю, все прекрасно это понимали, и сегодня делать вид, что мы не знали, что кто-то куда-то тратит почему-то деньги, при этом разрываясь между неплатежами «неотключаемых» потребителей, невозможностью взять кредиты, обязательствами перед генераторами и сетями, это лицемерие. Неужели кто-то всерьез полагает, что частные акционеры будут все время заниматься благотворительностью и в условиях неплатежей спасать генераторов и сети, отдавая им все, что собрали на рынке в тот же день, да плюс еще и взятые под личное поручительство акционеров кредиты? А кроме того, еще и бегать с палкой за потребителями, под угрозами прокуратуры выбивая с них долги, и содержать за свой счет огромный штат юристов для работы по взысканию дебиторской задолженности? И все это за убыточную сбытовую надбавку? То, что такое мнение о сущности сбытового бизнеса имеется и у кое-кого в Совете Рынка, стало понятно, когда начали продвигать идею расчетно-биллинговых розничных центров, которую, слава богу, на сегодня, под руководством НП «ГП и ЭСК» серьезно «ранили», но пока, к сожалению, не «убили».
С другой стороны, продать компании сегодня хотя бы по цене, за которую они были куплены, невозможно по причине кризиса, да и в принципе еще рано, так как еще не проведены все необходимые мероприятия по их «причесыванию» и «упаковке». Если говорить о нас, то 49% акций ОАО «Колэнергосбыт» было куплено за 450 млн. руб. Еще 265 млн. руб. было заплачено за пакет Норильского никеля, который пожелал выйти из состава акционеров, а до того всячески блокировал работу по привлечению необходимых кредитных средств для расчетов на оптовом рынке. Ведь менеджмент РАО, несмотря на возможности кредитоваться под лимиты РАО, оставил нам убытки в 197 млн. руб., никаких кредитных средств для покрытия кассовых разрывов, да еще и прихватил с собой около 100 млн. руб. в виде «золотых парашютов». ТГК-1 вместе с тем же менеджментом РАО перед их уходом отобрал у компании доходы от экспортной деятельности, оцениваемые от 200 до 600 млн. руб. в год, в зависимости от ситуации на Норд Пул. Для того, чтобы снова получить доступ к кредитным ресурсам, нам потребовалось сделать компанию прибыльной по итогам 2008 года. Чтобы выполнить эту задачу, в условиях неясности по размеру субсидии, полученной в конце декабря 2008 года, только эффективной работы по текущей деятельности казалось недостаточно. Поэтому часть средств в конце 2008 года было отвлечено для вхождения в уставной капитал жилищных управляющих компаний с последующей их переоценкой для повышения капитализации общества. По факту этого не понадобилось, прибыль по итогам 2008 года была получена и без этой операции, но, тем не менее, деньги были переведены и потрачены адресатом. Как результат – мы сможем в долгосрочном плане контролировать эти управляющие компании, сможем развивать прогрессивные технологии биллинга, внедряемые сейчас в наших компаниях, не только в расчетах за электроэнергию, но и за другие коммунальные услуги, что, на наш взгляд, и является одним из основных направлений бизнеса энергосбытовых компаний. Прочие отвлеченные средства – это, в основном, займы поставщикам топлива, выданные им под хорошие проценты, в условиях пика прохождения отопительного сезона и неплатежей со стороны областных теплоснабжающих предприятий. В балансе эти займы проходят как высокодоходные активы. Насколько они ликвидны сегодня - вопрос другой. Но займы давались ведь не на улицу – наши акционеры понимали, что поставляют топливо государственным структурам, за которых отвечает, в конечном итоге, Правительство Мурманской области. Мало того, именно это Правительство и просило их обеспечить бесперебойные поставки топлива в регион во время зимы, несмотря ни на что. И вот именно эти обязательства, вернее нежелание по ним отвечать, и явились тем триггером, который запустил сценарий вытеснения с электроэнергетического рынка области наших компаний, его тотального обрушения.
Сейчас уже объявлено о начале процесса ликвидации крупнейшего областного предприятия теплоснабжения области – государственного областного унитарного предприятия ТЭКОС, которое само на себя направило в суд заявление о банкротстве. Только Колэнергосбыту за поставленную электроэнергию ТЭКОС должен более 100 млн. руб. Поставщикам топлива, занимавшим у того же Колэнергосбыта и КРЭСа, – около 700 млн. руб. Очевидно, что по такому же пути попытаются пойти и в отношении долгов электрокотельных и других объектов ЖКХ, суммарная задолженность которых перед нами за «принудительно» поставленную электроэнергию около 600 млн. руб.
Каковы, на Ваш взгляд, реальные шансы лишения статуса ОАО «Колэнергосбыт» гарантирующего поставщика и субъекта оптового рынка? Кто в этом случае подхватит его функции?
К сожалению, люди, принимающие решения, похоже, не отдают себе полностью отчет в том, каковы будут последствия для энергорынка области, если они все же решаться претворить разработанный ими сценарий передела регионального энергосбытового бизнеса в жизнь. Дело в том, что лишить статуса ГП компанию юридически чисто достаточно сложно, и мы знаем, что примеров у нас в стране практически раз-два и обчелся, а по ГП 1 уровня - вообще нет. По тем основаниям, по которым сегодня это пытается сделать в Мурманске г-н Черечеча – это вообще достаточно проблематично, так как в случае неустранения выявленного неудовлетворительного финансового состояния гарантирующего поставщика по Правилам должен быть назначен внеочередной конкурс, согласованный с ФСТ. Как известно, правил проведения конкурсов нет, и все те конкурсы, которые состоялись в ряде регионов в 2007-2008 годах, были признаны незаконными. Внеочередной конкурс проводится после очередного, но очередных конкурсов еще не было, и, возможно, в сегодняшней логике реформирования розничных рынков и не будет. Поэтому через конкурс отдать наши функции своей любимой компании у г-на Черечечи вряд ли получится.
Другое «авеню», по которому можно теоретически двигаться – это передача статуса ГП в региональную сетевую компанию, в нашем случае это филиал Колэнерго МРСК «Северо-Запада». Там тоже масса подводных юридических камней. Например, п.51 Правил розничных рынков предусматривает передачу статуса в сеть только в случае если конкурс не состоялся или не был проведен по каким-то причинам. То есть имеется в виду, что конкурс был назначен, но не состоялся (никто не пришел) или не был проведен (так как, например, не было времени его провести – нужно было срочно подхватывать потребителей в виду чрезвычайной ликвидации ГП). В любом случае, конкурс должен был быть назначен. Но в условиях отсутствия правил назначить его, опять же, проблематично.
Вообще, передача статуса ГП в сети том виде, в котором он существует у нас сегодня - «за дешево и для всех» - таит в себе столько опасностей для основополагающих принципов реформы электроэнергетики в целом и для самих сетей, что эту тему, на мой взгляд, нужно снять с обсуждения раз и навсегда. Иначе мы откроем ящик Пандоры, который уже никогда не сможем закрыть. Статус ГП может передаваться в сети только тогда, когда его сущность станет совсем иной – «поставщик последней надежды» в прямом смысле этого выражения. Я знаю, что МРСК Холдинг имеет на развивающуюся у нас ситуацию свою точку зрения, напоминающую позицию удава, наблюдающего за отчаянной борьбой кроликов. Но я знаю и другое: специалисты в самом МРСК, работающие «на земле» и понимающие всю сложность процесса, однозначно поддерживают нашу точку зрения.
Но главное все же в другом. В сегодняшних условиях заменить ведущие сбытовые компании с персоналом около 500 человек, выставляющие ежемесячно около 400 тыс. счетов, тесно интегрированные между собой, технологически и технически выстроенные в единый процесс, другой компанией или сетью невозможно чисто технически. Попытки сделать это приведут к тотальным неплатежам на рознице на длительное время. Оптовый рынок не то что никогда не получит свои сегодняшние долги от Колэнергосбыта - его дыра вырастет в разы. И вот этого как раз некоторые господа не понимают. А те, что понимают, молчат.
Как вы думаете, удастся ли Вашим компаниям устоять в этой ситуации и если да, какие уроки Вы извлечете из этого кризиса?
Ответ на этот вопрос во многом зависит от позиции профессионального сообщества в электроэнергетике, позиции профильных федеральных органов. Ведь то положение, в котором оказались наши компании, те проблемы, с которыми мы столкнулись, носят системный характер и решать их нужно системно, а не путем уничтожения одних компаний и привода на их место других, еще менее прозрачных и не факт, что более профессиональных (в нормальном значении этого слова, а не в подковерной борьбе в коридорах власти). Конечно, мы будем бороться и сделаем все от нас зависящее, чтобы удержаться на ногах в столь непростой для нас обстановке, и не дать открыть через наш прецедент шлюз к сворачиванию всей реформы. Что касается уроков, то я считал и считаю, что, конечно, крупные энергосбыты должны принадлежать крупным заинтересованным субъектам электроэнергетического рынка, будь это потребители, генераторы или сети. Для генераторов сбыты представляют собой розничный «черпак», обеспечивающий стабильность оплаты поставок на опт, для сетей – оплаты их услуг по передаче, для потребителей – сбыты это их квалифицированный представитель на специфическом рынке. Конечно, должны учитываться интересы и власти, ведь она отвечает за жизнеобеспечение в регионах и эту обязанность с нее никто не снимет в обозримом будущем. Сейчас именно дисбаланс всех вышеозначенных интересов и привел к той ситуации, в которой мы сегодня оказались. Нахождение этого баланса через взаимоприемлемые решения, через эволюционное развитие рынка в рамках реформирования отрасли – задача, несомненно, трудная и ответственная. Гораздо легче все обрушить, развалить, переделить и начать сначала, вроде бы с чистого листа. Однако, будет ли это продуктивно с точки зрения долгосрочных интересов нас всех - и участников профессионального сообщества, и общества в целом, потребляющем наш продукт? Ведь сегодняшняя реформа электроэнергетики – это тест для нашей страны. Сможем ли мы провести ее до конца и встать в ряд успешных в этом смысле стран от Казахстана до стран Европы и обеих Америк? Или опять признаемся себе под одеялом в собственном бессилии и вернемся на круги своя, на публике утверждая, что нам это совсем не нужно, что у нас свой особый путь? Только тогда нужно отдавать себе отчет в том, что единственным способом модернизации отрасли, в которой она сегодня остро нуждается, будет ГУЛАГ. Потому как никакие другие нерыночные методы для решения стоящих перед нашей электроэнергетикой задач не сработают.
Источник: Некоммерческое партнерство гарантирующих поставщиков и энергосбытовых компаний
