В последнюю неделю июня 2011 года энергетики страны подводили итоги непростого первого полугодия. Во многих компаниях прошли годовые собрания акционеров, также состоялись годовые собрания ведущих Некоммерческих Партнерств Совета Рынка и Гарантирующих Поставщиков и Энергосбытовых компаний, в значительной мере определяющих сегодняшнюю политику в электроэнергетике страны. Наша редакция обратилась к участнику этих событий – руководителю компании «КРЭС-Альянс», председателю советов директоров ведущих энергосбытовых компаний Мурманской области ОАО «Колэнергосбыт» и ООО «КРЭС» Алексею Преснову с просьбой прокомментировать итоги первого полугодия в электроэнергетике Мурманской области и страны в целом.
Алексей Викторович, Вы частый гость наших СМИ, особенно в последнее время. Очевидно, что это связано с повышенным вниманием публики к отрасли, к которой Вы имеете непосредственное отношение. Расскажите, что происходит в электроэнергетике страны, как прошли собрания ведущих рыночных структур, чувствуется ли там-то напряжение, которое испытывает экономика и общество в целом в связи с резким ростом цен на Вашу продукцию - необходимую нам всем электроэнергию?
Действительно, мы довольно часто обсуждаем проблемы электроэнергетики в последнее время, и, наверное, в определенной степени, утомили Ваших читателей. С другой стороны, если мы сейчас не будем это обсуждать публично, то так и не поймем, что же происходит в нашей электроэнергетике, почему у нас растут такими темпами цены, почему так сильно отстаем от ведущих стран мира по показателям той же энергоэффективности. И вообще не поймем, что с нами будет в ближайшее десятилетие в плане энергетического развития. Поэтому я готов по мере сил делиться своими впечатлениями и своим видением ситуации. У меня, помимо упомянутых собраний, состоялся и в ряд рабочих встреч по проблемам текущего периода и перспективам компаний, которыми я руковожу, в том числе с одной из ключевых фигур сегодняшней электроэнергетики страны - председателем правления НП «Совет Рынка» Дмитрием Пономаревым. Вот с этой встречи я, пожалуй, и начну.
Я рассказал подробно Дмитрию Валерьевичу о проблемах в Кольской энергосистеме с точки зрения платежей за электроэнергию и мощность в последние годы и, конечно, в первой половине 2011 года. Рассказать есть о чем. Дебиторская задолженность потребителей 3,5 млрд. руб. , из них 2,5 млрд. руб. – «неотключаемое» по судебным решениям высших инстанций ЖКХ с темпами роста в 700-800 млн. в отопительный сезон. Дополнительно к 3,5 млрд. руб. еще 1 млрд. – недополученные ОАО «Колэнергосбыт» субсидии из федерального центра за 2007-2010 год по программе межтерриториального перекрестного субсидирования, обеспечивавшей сохранение в этот период относительно низких розничных тарифов потребителям области при резком росте оптовых цен по регулируемым договорам с генераторами. Результат – задолженность на оптовом рынке в 2,5 млрд. руб. – абсолютное лидерство в стране, за исключением зоны Северного Кавказа, задолженность перед сетевыми организациями в 500-600 млн. руб.
По сути энергетика Мурманской области сегодня задыхается от неплатежей, деградирует в экономическом и, увы, уже и физическом смысле, особенно в сетевой составляющей. В Кольской энергосистеме сложились, простите за тавтологию, системные проблемы, требующие неотложных мер и решений. Еще одну такую зиму, с таким приростом неплатежей энергетика области не выдержит. С другой стороны, у нас существует колоссальный протестный потенциал потребителей, связанный с резким, особенно в Мурманской области, ростом цен на электроэнергию за последние 4 года. Рост цен в начале этого года также был серьезным, по нашим оценкам, в среднем в районе 30%, и это было связано, в определенной степени, с эффектом «низкой базы». Упомянутое межтерриториальное субсидирование розничных тарифов, приведшие в итоге к дыре в 1 млрд. руб. в платежном балансе ОАО «Колэнергосбыт», полностью прекратилось, потребители в полной мере ощутили рост оптовых цен. Одновременно резко выросли тарифы на передачу, так как сети, обрадовавшись новым подходам в регулировании, запланировали в своих расходах существенные инвестпрограммы, призванные, наконец, начать развязывание годами копившихся проблем. Сбыты так же попытались начать решение проблемы так называемых «мертвых долгов» ЖКХ - накопленной в предыдущие годы задолженности по «модной» среди чиновников в области схеме: сдали в аренду имущество коммунального комплекса какому-то ООО «Пупкинское теплоснабжение», поработали отопительный сезон, накопили долги и бросили ООО в банкротство, имущество - обратно в муниципалитет и пошли создавать новое ООО «Теплоснабжение Пупкино». И к ГП – заключать новый договор. Мы предупреждали в прошлые годы и особенно активно осенью 2010 года: такая практика порочна и ведет к росту тарифа для всех потребителей региона, но нас не услышали. Что в результате? Шум, гам, истерики, показное непонимание ответственных чиновников, совещания-заседания и итог: политическое решение тарифы снизить так, чтобы их рост не превышал 15% к 2010 году. Задача была непростая, ведь зачастую приходилось резать по живому. В июне, наконец, совместными усилиями тарифы на региональном уровне были пересчитаны, с мая будут произведены перерасчеты, правда оптовый рынок продолжал до конца июня давать не фактические, а прогнозные цены, что привело к хроническим уже проблемам перерасчетов, и, как следствие, к неопределенности в оценке финансовых результатов компаний, правильности налоговых платежей, дополнительной напряженности в отношениях с потребителями, которые и без того непросты.
Я в последние недели столкнулся с интересной реакцией на рост цен в начале этого года и оценкой его причин. На встрече с предпринимателями малого и среднего бизнеса в г. Апатиты Мурманской области говорилось, что вот, дескать, в прошлом году Правительством на 2011 год был установлен предел роста тарифов в 15%, а его, мол, не выполнили злокозненные энергетики в сговоре с регуляторами, а потому нужно все вернуть назад с 1 января 2011 года или вообще пересчитать за предыдущие несколько лет. В какой-то степени ответом такому мнению наших предпринимателей явилось высказывание на этот счет председателя Наблюдательного НП «Совет Рынка» Сергея Белобородова на прошедшем 30 июня годовом собрании Партнерства. Он говорил о том, что причиной неожиданного для общества и, как оказалось, Правительства РФ, роста цен на электроэнергию в начале года в значительной степени было отсутствие реального широкого обсуждения проблем электроэнергетики в стране, отсутствие публичной дискуссии на эту тему. Действительно, каждый из участников рынка, а вернее, процесса энергоснабжения, что-то там сам себе конструировал, ходил по разным кабинетам, лоббировал свои позиции, а целостной картины, во что это все выльется в итоге, ни у кого и не было. Как не было и открытой и честной дискуссии с потребителями, а значит и с обществом в целом на тему, какая все-таки нам нужна электроэнергетика и сколько мы готовы за нее сегодня платить. Учитывая при этом все, что мы сегодня в энергетике имеем и перекрестку, и неплатежи ЖКХ, и настолько же древнюю, насколько и дорогую вынужденную генерацию, которую нельзя остановить по социально-политическим причинам. Принимая во внимание наши грандиозные планы по модернизации и строительству новой генерации с одной стороны, и отслужившие свой срок подстанции и ЛЭП с другой, без обновления которых самая передовая генерация просто никому не нужна, проблемы отсталого коммерческого учета, без модернизации которого невозможно планировать потребление электроэнергии. Как решить эти проблемы, при помощи каких инструментов и механизмов, какова должна быть модель развития электроэнергетики в стране – централизованная госвертикаль или все же цивилизованный конкурентный рынок с множеством независимых участников – эти вопросы еще не решены, и стоят, по-прежнему, на повестке дня, а самое главное - ждут широкого публичного обсуждения. Именно это противоречивое состояние отрасли отражается в сегодняшнем повышенном внимании общества к итогам нашей реформы. В этом ключе мы и обсуждали с Дмитрием Пономаревым проблемы электроэнергетики Мурманской области. Он обещал всестороннюю поддержку нашим усилиям по поддержанию стабильности энергоснабжения в регионе через комплексное и долгосрочное решение проблем неплатежей.
Главное, что сегодня нужно нам, как ведущим сбытовым организациям в регионе – это время и понимание со стороны партнеров - генерирующих и сетевых компаний. Мы понимаем, что они устали ждать, но мы делаем все, что можем. Ведем переговоры с банками, с властью, погружаемся в проблемы наших дебиторов, вместе с ними пытаемся оптимизировать поставки электроэнергии на нужды теплоснабжения. Распространившаяся после распада РАО ЕЭС практика некоторой презрительности по отношению к сбытам со стороны наших партнеров по цеху, требования денег и переваливания на сбыты всех проблем в рознице, нерешенных в отрасли, да и страны в целом, как минимум контрпродуктивна. Чем быстрее коллеги поймут, что мы плывем с ними в одной лодке и мы - не кассовый аппарат по оплате их продукции, а серьезная рыночная структура по распределению электроэнергии и мощности между десятками и сотнями тысяч потребителей, их учету и оплате, организации финансовых потоков от потребителей в электроэнергетику, тем быстрее начнут решаться наши общие проблемы. Мы, повторяю, предметно ими занимаемся. В том числе, вместе с ведущими научными организациями страны разрабатываем специальную программу по ликвидации тарифных дисбалансов, которая позволит прекратить накапливать новые долги в ЖКХ и постепенно возвращать старые. Разумной альтернативы такому подходу нет. Неразумная – обрушение всей системы платежей, под обломками которой рано или поздно окажутся и сами генераторы вместе с сетями.
Означает ли это, что Вы выступаете за некую консервацию сегодняшней модели рынка, при которой Ваши неплатежи в адрес генераторов и сетей достигают астрономических масштабов, как, впрочем, и неплатежи в адрес сбытов со стороны проблемных потребителей? Были ли какие-либо новые предложения со стороны Совета Рынка по решению этой проблемы?
Сегодняшнее положение в отрасли крайне неустойчивое, требуются срочные меры по оздоровлению нашей реформы, и я об этом неоднократно говорил. Я хочу напомнить уже набившие оскомину факты – долги на оптовом рынке и в адрес сетей в целом по стране в разы меньше задолженности потребителей перед сбытами, особенно гарантирующими поставщиками на рознице. Это означает, что ГП держат удары неплатежей на себе, за счет своих доходов и кредитных средств, стоимость которых им никак не компенсируется. Такое же соотношение и у нас: разница при учете недополученной субсидии примерно в 1,5 млрд. руб. Мы должны вместе искать решения проблем неплатежей, иначе рынок просто не будет работать никогда.
И в этом смысле то, что сегодня обсуждается на рынке, в том числе новая модель долгосрочного рынка мощности, представленная Дмитрием Пономаревым на годовом собрании, так же, как и меры по финансовым гарантиям, это шаги в правильном направлении. То есть существует общий консенсус, что реформа, в том виде как она задумывалась, с тем результатом, которого от нее ждали, в общем-то, не состоялась. Надо что-то менять, предлагать. Прежде всего, усиливать конкуренцию, поскольку если ее нет, а ее сегодня практически нет, то рыночная сила монополии действует естественным путем - задирает цены вверх, а потребители к этому не готовы, они не желают сокращать свое потребление за счет энергосбережения в той степени, в которой это необходимо. Вместо этого потребители считают доходы энергетиков, причем, как водится, видят только плюсы, а на минусы не обращают внимания, и переходят к политическому протесту. Правительство в преддверии выборов гнется, и мы имеем то, что имеем: политические меры по ограничению роста тарифов. Ограничение роста тарифов в ближайшие год-два, означает, что ни нам, ни сетям не удастся решать накопившиеся проблемы за счет тарифных решений. Это политический выбор. Но у нас есть серьезные долги, а значит, нас технически могут лишить статуса субъекта оптового рынка. И мы можем не дожить до изменений на рынке, которые позволят в обмен на подлинную конкуренцию отменить политические ограничения на рост тарифов. А если мы не доживем, то это, в сегодняшней неконкурентной конструкции, просто обрушит весь рынок. Подлинная конкуренция, в свою очередь, невозможна без решения проблем существования в электроэнергетике касты «неотключаемых» де-факто потребителей и системы перекрестного субсидирования. Обе проблемы существуют, я подчеркиваю, де-факто, так как де-юро их как бы нет. Но когда мы отключаем котельную, к нам приходит прокуратура и, помимо возбуждения административных и уголовных дел, подает иски от имени неопределенного круга лиц, с которым мы не имеем никаких отношений по энергоснабжению. Иски удовлетворяются судами высших инстанций, и в этот момент судебная власть по существу вносит поправки в постановления Правительства. Так же, как и ФСТ, устанавливая предельный индекс роста тарифов для населения, выпуская на оптовый рынок крупных потребителей в регионах, де-факто взваливает всю нагрузку по субсидированию низких тарифов населения на малый и средний бизнес.
У нас в области тариф для населения без различных скидок в 2011 году составляет 1, 91 руб., а в Москве - 3,80 руб. Разница в 2 раза! Не потому ли у нас даже при существенно более низких ценах на оптовом рынке в секторе РСВ малый бизнес платит как в Москве, а то и больше? Крупные комбинаты, подстегиваемые истерией по поводу якобы завышенных цен на рознице, раздуваемой менеджерами дочерних и аффилированных сбытовых компаний, выстроились в очередь на опт, хотя и сегодня они платят приведенную к одноставочному тарифу цену за кВтч гораздо меньше, чем тот же малый и средний бизнес. Если они уйдут, то ГП останутся с больным ЖКХ и «малышами», на которых регуляторы и взвалят еще большую нагрузку по компенсации и низких тарифов населения, и долгов неплательщиков в ЖКХ. Выдержат ли они? Сомневаюсь. Поэтому прежде, чем что-то делать, нужно все подготовить, продумать, решить системные проблемы, а уж потом внедрять новую модель отношений. В этом смысле, да, я за статус–кво.
Я спросил на собрании Дмитрия Пономарева, когда, по его мнению, можно внедрять его концепцию нового рынка мощности, которая предполагает и покупку мощности квалифицированными розничными потребителями с интервальным учетом напрямую с оптового рынка или по свободным договорам, что вкупе с другими мерами существенно усилит конкуренцию. Ответ был следующим: хотелось бы завтра, оптимистический 1 июля 2012 года, реальный сценарий – 1 января 2013 года, пессимистический – никогда. Но если мы по реальному сценарию можем начать конкурировать не ранее 2013 года и, прежде всего, из-за нерешенности системных проблем, то почему сегодня над нами висит угроза лишения статуса субъекта рынка из-за объективных по своей природе неплатежей, ответственность за которые лежит на государстве и авторах недоработанной модели рынка?
Как Вы оцениваете представленную новую концепцию долгосрочного рынка мощности НП «Совет Рынка»?
Концепция требует дополнительного изучения и доработки, там еще много нерешенных вопросов, о чем ее автор прямо сказал. В целом, на мой взгляд, она по сравнению с другими идеями в большей степени учитывает существующие реалии на рынке и в то же время дает механизмы для снижения цен на мощность. Она ведь и возникла как ответ на неработающий в 27 из 29 существующих зонах свободного перетока долгосрочный рынок мощности, поскольку ФАС и ФСТ установили там price-caps, а остальная генерация, непрошедшая конкурентный отбор, оказалась вынужденой с установленным тарифом. Главным инструментом на рынке в новой концепции являются свободные договоры электроэнергии и мощности - СДЭМы, которые уже работали в 2010 году, правда, здесь их сущность изменена и заключаются они напрямую между поставщиками и покупателями без участия рынка. То обстоятельство, что, по сути, мощность как отдельный товар в значительной мере ликвидируется – шаг в правильном направлении, поскольку на практике и конечные потребители, и сбыты оперируют объемами покупки в одноставочном формате, так же, как и генераторы.
В представленной модели есть определенная дискриминация ГП как структуры, по факту рыночно не заинтересованной в снижении цены, и это вызвало неоднозначную реакцию со стороны наших коллег по цеху на представленную концепцию. На собрании возникла дискуссия между представителем Объединенной Энергосбытовой Компании (ОЭСК), управляющей крупнейшими сбытами страны и входящей в холдинг ИНТЕР РАО ЕЭС, и Дмитрием Пономаревым. В ходе этой дискуссии, отвечая на очередной вопрос представителя ОЭСК, Дмитрий Валерьевич открыто заявил, что сегодняшний институт ГП, по его мнению, - системная ошибка в конструкции рынка, и именно поэтому всяческие улучшения и изменения модели в сторону конкуренции неизбежно сталкиваются с нестыковками в отношении ГП. Вот здесь я с председателем правления НП "Совет Рынка" полностью согласен. И я об этом говорю уже не первый год.
Конечно, нужно этот статус в сегодняшнем понимании «убивать». Это «дракон» розничного рынка, питающейся в своем «замке» перекресткой и неплатежами в ЖКХ, а потом уничтожающий конкуренцию на этом рынке, делая ее ущербной и искалеченной. Он будет жить ровно столько, сколько будут жить его запасы питания. И никакие фин.гарантии его не уничтожат. Для института сегодняшних ГП введение финансовых гарантий в адрес поставщиков на оптовом рынке приведет лишь к одному – дальнейшей монополизации отрасли и ее концентрации в трех-четырех крупных холдингах, связанных с большим бизнесом, в том числе энергетическим, всех сбытов страны. Но опыт вертикализации хозяйственно-экономической деятельности в энергетике, да и в стране в целом, уже показал, что палку-то перегнули. Мы превратили тех же наших менеджеров МРСК в регионах в сторожей, ходящих между вешками и не принимающих никаких ответственных решений. Кроме дальнейшего роста монополизации, такая политика порождает безответственность и закрывает социальные лифты для персонала. На оптовом рынке - свои всем известные "драконы" - они пожирают и опт, и розницу вприкуску.
Сегодня в моде другой тренд, по крайней мере, на словах, децентрализация. Поэтому я - за концепцию Дмитрия Пономарева, я даже за более радикальные меры на рознице, но все это должно делаться синхронно с принятием других решений по демонополизации рынка: ликвидации перекрестки и введению гарантий государства по неотключаемым потребителям. Суд, или прокурор, вынося решения о невозможности отключения того или иного потребителя должны одновременно указать плательщика за потребленную таким субъектом электроэнергию. Вот тогда это будет работать.
Насколько известно, это не единственная концепция по реформированию рынка. Знакомы ли Вы с альтернативной концепцией?
Да, я ее читал. Это концепция, разработанная известным «проектным ателье» в реформировании электроэнергетики – консалтинговой компанией «Карана». Она будет представлена официально на ближайшем заседании Наблюдательного Совета, которое я планирую посетить. Там все более радикально по сравнению с концепцией НП «Совет Рынка»: охватывается весь рынок, а не только мощность, модель ближе к скандинавской - тотальная конкуренция, переходы потребителей раз в квартал. На первый взгляд, в этой модели все смотрится хорошо. Однако вот про ограничители, про «пищу для драконов», про долгосрочное планирование на рынке сбыта, ничего не сказано. В целом тот факт, что лучшие умы страны занялись вплотную поиском новых моделей рынка, меня лично обнадеживает. Это означает, что у нас еще не все потеряно, в плане возможности построения настоящего капиталистического светлого будущего. Важно, чтобы это процесс опять не превратился в имитацию, в очередной пиар, за которым мало реального содержания. И еще, думаю, что новые лица в команде реформаторов будут отнюдь не лишними. А то как-то нехорошо получается: плыли-плыли с одними капитанами в одну сторону, что называется «приплыли», и те же капитаны, которые и завели нас в тупик, вдруг вновь оказываются на мостике.
Информационное агентство Nord-news.ru
Алексей Викторович, Вы частый гость наших СМИ, особенно в последнее время. Очевидно, что это связано с повышенным вниманием публики к отрасли, к которой Вы имеете непосредственное отношение. Расскажите, что происходит в электроэнергетике страны, как прошли собрания ведущих рыночных структур, чувствуется ли там-то напряжение, которое испытывает экономика и общество в целом в связи с резким ростом цен на Вашу продукцию - необходимую нам всем электроэнергию?
Действительно, мы довольно часто обсуждаем проблемы электроэнергетики в последнее время, и, наверное, в определенной степени, утомили Ваших читателей. С другой стороны, если мы сейчас не будем это обсуждать публично, то так и не поймем, что же происходит в нашей электроэнергетике, почему у нас растут такими темпами цены, почему так сильно отстаем от ведущих стран мира по показателям той же энергоэффективности. И вообще не поймем, что с нами будет в ближайшее десятилетие в плане энергетического развития. Поэтому я готов по мере сил делиться своими впечатлениями и своим видением ситуации. У меня, помимо упомянутых собраний, состоялся и в ряд рабочих встреч по проблемам текущего периода и перспективам компаний, которыми я руковожу, в том числе с одной из ключевых фигур сегодняшней электроэнергетики страны - председателем правления НП «Совет Рынка» Дмитрием Пономаревым. Вот с этой встречи я, пожалуй, и начну.
Я рассказал подробно Дмитрию Валерьевичу о проблемах в Кольской энергосистеме с точки зрения платежей за электроэнергию и мощность в последние годы и, конечно, в первой половине 2011 года. Рассказать есть о чем. Дебиторская задолженность потребителей 3,5 млрд. руб. , из них 2,5 млрд. руб. – «неотключаемое» по судебным решениям высших инстанций ЖКХ с темпами роста в 700-800 млн. в отопительный сезон. Дополнительно к 3,5 млрд. руб. еще 1 млрд. – недополученные ОАО «Колэнергосбыт» субсидии из федерального центра за 2007-2010 год по программе межтерриториального перекрестного субсидирования, обеспечивавшей сохранение в этот период относительно низких розничных тарифов потребителям области при резком росте оптовых цен по регулируемым договорам с генераторами. Результат – задолженность на оптовом рынке в 2,5 млрд. руб. – абсолютное лидерство в стране, за исключением зоны Северного Кавказа, задолженность перед сетевыми организациями в 500-600 млн. руб.
По сути энергетика Мурманской области сегодня задыхается от неплатежей, деградирует в экономическом и, увы, уже и физическом смысле, особенно в сетевой составляющей. В Кольской энергосистеме сложились, простите за тавтологию, системные проблемы, требующие неотложных мер и решений. Еще одну такую зиму, с таким приростом неплатежей энергетика области не выдержит. С другой стороны, у нас существует колоссальный протестный потенциал потребителей, связанный с резким, особенно в Мурманской области, ростом цен на электроэнергию за последние 4 года. Рост цен в начале этого года также был серьезным, по нашим оценкам, в среднем в районе 30%, и это было связано, в определенной степени, с эффектом «низкой базы». Упомянутое межтерриториальное субсидирование розничных тарифов, приведшие в итоге к дыре в 1 млрд. руб. в платежном балансе ОАО «Колэнергосбыт», полностью прекратилось, потребители в полной мере ощутили рост оптовых цен. Одновременно резко выросли тарифы на передачу, так как сети, обрадовавшись новым подходам в регулировании, запланировали в своих расходах существенные инвестпрограммы, призванные, наконец, начать развязывание годами копившихся проблем. Сбыты так же попытались начать решение проблемы так называемых «мертвых долгов» ЖКХ - накопленной в предыдущие годы задолженности по «модной» среди чиновников в области схеме: сдали в аренду имущество коммунального комплекса какому-то ООО «Пупкинское теплоснабжение», поработали отопительный сезон, накопили долги и бросили ООО в банкротство, имущество - обратно в муниципалитет и пошли создавать новое ООО «Теплоснабжение Пупкино». И к ГП – заключать новый договор. Мы предупреждали в прошлые годы и особенно активно осенью 2010 года: такая практика порочна и ведет к росту тарифа для всех потребителей региона, но нас не услышали. Что в результате? Шум, гам, истерики, показное непонимание ответственных чиновников, совещания-заседания и итог: политическое решение тарифы снизить так, чтобы их рост не превышал 15% к 2010 году. Задача была непростая, ведь зачастую приходилось резать по живому. В июне, наконец, совместными усилиями тарифы на региональном уровне были пересчитаны, с мая будут произведены перерасчеты, правда оптовый рынок продолжал до конца июня давать не фактические, а прогнозные цены, что привело к хроническим уже проблемам перерасчетов, и, как следствие, к неопределенности в оценке финансовых результатов компаний, правильности налоговых платежей, дополнительной напряженности в отношениях с потребителями, которые и без того непросты.
Я в последние недели столкнулся с интересной реакцией на рост цен в начале этого года и оценкой его причин. На встрече с предпринимателями малого и среднего бизнеса в г. Апатиты Мурманской области говорилось, что вот, дескать, в прошлом году Правительством на 2011 год был установлен предел роста тарифов в 15%, а его, мол, не выполнили злокозненные энергетики в сговоре с регуляторами, а потому нужно все вернуть назад с 1 января 2011 года или вообще пересчитать за предыдущие несколько лет. В какой-то степени ответом такому мнению наших предпринимателей явилось высказывание на этот счет председателя Наблюдательного НП «Совет Рынка» Сергея Белобородова на прошедшем 30 июня годовом собрании Партнерства. Он говорил о том, что причиной неожиданного для общества и, как оказалось, Правительства РФ, роста цен на электроэнергию в начале года в значительной степени было отсутствие реального широкого обсуждения проблем электроэнергетики в стране, отсутствие публичной дискуссии на эту тему. Действительно, каждый из участников рынка, а вернее, процесса энергоснабжения, что-то там сам себе конструировал, ходил по разным кабинетам, лоббировал свои позиции, а целостной картины, во что это все выльется в итоге, ни у кого и не было. Как не было и открытой и честной дискуссии с потребителями, а значит и с обществом в целом на тему, какая все-таки нам нужна электроэнергетика и сколько мы готовы за нее сегодня платить. Учитывая при этом все, что мы сегодня в энергетике имеем и перекрестку, и неплатежи ЖКХ, и настолько же древнюю, насколько и дорогую вынужденную генерацию, которую нельзя остановить по социально-политическим причинам. Принимая во внимание наши грандиозные планы по модернизации и строительству новой генерации с одной стороны, и отслужившие свой срок подстанции и ЛЭП с другой, без обновления которых самая передовая генерация просто никому не нужна, проблемы отсталого коммерческого учета, без модернизации которого невозможно планировать потребление электроэнергии. Как решить эти проблемы, при помощи каких инструментов и механизмов, какова должна быть модель развития электроэнергетики в стране – централизованная госвертикаль или все же цивилизованный конкурентный рынок с множеством независимых участников – эти вопросы еще не решены, и стоят, по-прежнему, на повестке дня, а самое главное - ждут широкого публичного обсуждения. Именно это противоречивое состояние отрасли отражается в сегодняшнем повышенном внимании общества к итогам нашей реформы. В этом ключе мы и обсуждали с Дмитрием Пономаревым проблемы электроэнергетики Мурманской области. Он обещал всестороннюю поддержку нашим усилиям по поддержанию стабильности энергоснабжения в регионе через комплексное и долгосрочное решение проблем неплатежей.
Главное, что сегодня нужно нам, как ведущим сбытовым организациям в регионе – это время и понимание со стороны партнеров - генерирующих и сетевых компаний. Мы понимаем, что они устали ждать, но мы делаем все, что можем. Ведем переговоры с банками, с властью, погружаемся в проблемы наших дебиторов, вместе с ними пытаемся оптимизировать поставки электроэнергии на нужды теплоснабжения. Распространившаяся после распада РАО ЕЭС практика некоторой презрительности по отношению к сбытам со стороны наших партнеров по цеху, требования денег и переваливания на сбыты всех проблем в рознице, нерешенных в отрасли, да и страны в целом, как минимум контрпродуктивна. Чем быстрее коллеги поймут, что мы плывем с ними в одной лодке и мы - не кассовый аппарат по оплате их продукции, а серьезная рыночная структура по распределению электроэнергии и мощности между десятками и сотнями тысяч потребителей, их учету и оплате, организации финансовых потоков от потребителей в электроэнергетику, тем быстрее начнут решаться наши общие проблемы. Мы, повторяю, предметно ими занимаемся. В том числе, вместе с ведущими научными организациями страны разрабатываем специальную программу по ликвидации тарифных дисбалансов, которая позволит прекратить накапливать новые долги в ЖКХ и постепенно возвращать старые. Разумной альтернативы такому подходу нет. Неразумная – обрушение всей системы платежей, под обломками которой рано или поздно окажутся и сами генераторы вместе с сетями.
Означает ли это, что Вы выступаете за некую консервацию сегодняшней модели рынка, при которой Ваши неплатежи в адрес генераторов и сетей достигают астрономических масштабов, как, впрочем, и неплатежи в адрес сбытов со стороны проблемных потребителей? Были ли какие-либо новые предложения со стороны Совета Рынка по решению этой проблемы?
Сегодняшнее положение в отрасли крайне неустойчивое, требуются срочные меры по оздоровлению нашей реформы, и я об этом неоднократно говорил. Я хочу напомнить уже набившие оскомину факты – долги на оптовом рынке и в адрес сетей в целом по стране в разы меньше задолженности потребителей перед сбытами, особенно гарантирующими поставщиками на рознице. Это означает, что ГП держат удары неплатежей на себе, за счет своих доходов и кредитных средств, стоимость которых им никак не компенсируется. Такое же соотношение и у нас: разница при учете недополученной субсидии примерно в 1,5 млрд. руб. Мы должны вместе искать решения проблем неплатежей, иначе рынок просто не будет работать никогда.
И в этом смысле то, что сегодня обсуждается на рынке, в том числе новая модель долгосрочного рынка мощности, представленная Дмитрием Пономаревым на годовом собрании, так же, как и меры по финансовым гарантиям, это шаги в правильном направлении. То есть существует общий консенсус, что реформа, в том виде как она задумывалась, с тем результатом, которого от нее ждали, в общем-то, не состоялась. Надо что-то менять, предлагать. Прежде всего, усиливать конкуренцию, поскольку если ее нет, а ее сегодня практически нет, то рыночная сила монополии действует естественным путем - задирает цены вверх, а потребители к этому не готовы, они не желают сокращать свое потребление за счет энергосбережения в той степени, в которой это необходимо. Вместо этого потребители считают доходы энергетиков, причем, как водится, видят только плюсы, а на минусы не обращают внимания, и переходят к политическому протесту. Правительство в преддверии выборов гнется, и мы имеем то, что имеем: политические меры по ограничению роста тарифов. Ограничение роста тарифов в ближайшие год-два, означает, что ни нам, ни сетям не удастся решать накопившиеся проблемы за счет тарифных решений. Это политический выбор. Но у нас есть серьезные долги, а значит, нас технически могут лишить статуса субъекта оптового рынка. И мы можем не дожить до изменений на рынке, которые позволят в обмен на подлинную конкуренцию отменить политические ограничения на рост тарифов. А если мы не доживем, то это, в сегодняшней неконкурентной конструкции, просто обрушит весь рынок. Подлинная конкуренция, в свою очередь, невозможна без решения проблем существования в электроэнергетике касты «неотключаемых» де-факто потребителей и системы перекрестного субсидирования. Обе проблемы существуют, я подчеркиваю, де-факто, так как де-юро их как бы нет. Но когда мы отключаем котельную, к нам приходит прокуратура и, помимо возбуждения административных и уголовных дел, подает иски от имени неопределенного круга лиц, с которым мы не имеем никаких отношений по энергоснабжению. Иски удовлетворяются судами высших инстанций, и в этот момент судебная власть по существу вносит поправки в постановления Правительства. Так же, как и ФСТ, устанавливая предельный индекс роста тарифов для населения, выпуская на оптовый рынок крупных потребителей в регионах, де-факто взваливает всю нагрузку по субсидированию низких тарифов населения на малый и средний бизнес.
У нас в области тариф для населения без различных скидок в 2011 году составляет 1, 91 руб., а в Москве - 3,80 руб. Разница в 2 раза! Не потому ли у нас даже при существенно более низких ценах на оптовом рынке в секторе РСВ малый бизнес платит как в Москве, а то и больше? Крупные комбинаты, подстегиваемые истерией по поводу якобы завышенных цен на рознице, раздуваемой менеджерами дочерних и аффилированных сбытовых компаний, выстроились в очередь на опт, хотя и сегодня они платят приведенную к одноставочному тарифу цену за кВтч гораздо меньше, чем тот же малый и средний бизнес. Если они уйдут, то ГП останутся с больным ЖКХ и «малышами», на которых регуляторы и взвалят еще большую нагрузку по компенсации и низких тарифов населения, и долгов неплательщиков в ЖКХ. Выдержат ли они? Сомневаюсь. Поэтому прежде, чем что-то делать, нужно все подготовить, продумать, решить системные проблемы, а уж потом внедрять новую модель отношений. В этом смысле, да, я за статус–кво.
Я спросил на собрании Дмитрия Пономарева, когда, по его мнению, можно внедрять его концепцию нового рынка мощности, которая предполагает и покупку мощности квалифицированными розничными потребителями с интервальным учетом напрямую с оптового рынка или по свободным договорам, что вкупе с другими мерами существенно усилит конкуренцию. Ответ был следующим: хотелось бы завтра, оптимистический 1 июля 2012 года, реальный сценарий – 1 января 2013 года, пессимистический – никогда. Но если мы по реальному сценарию можем начать конкурировать не ранее 2013 года и, прежде всего, из-за нерешенности системных проблем, то почему сегодня над нами висит угроза лишения статуса субъекта рынка из-за объективных по своей природе неплатежей, ответственность за которые лежит на государстве и авторах недоработанной модели рынка?
Как Вы оцениваете представленную новую концепцию долгосрочного рынка мощности НП «Совет Рынка»?
Концепция требует дополнительного изучения и доработки, там еще много нерешенных вопросов, о чем ее автор прямо сказал. В целом, на мой взгляд, она по сравнению с другими идеями в большей степени учитывает существующие реалии на рынке и в то же время дает механизмы для снижения цен на мощность. Она ведь и возникла как ответ на неработающий в 27 из 29 существующих зонах свободного перетока долгосрочный рынок мощности, поскольку ФАС и ФСТ установили там price-caps, а остальная генерация, непрошедшая конкурентный отбор, оказалась вынужденой с установленным тарифом. Главным инструментом на рынке в новой концепции являются свободные договоры электроэнергии и мощности - СДЭМы, которые уже работали в 2010 году, правда, здесь их сущность изменена и заключаются они напрямую между поставщиками и покупателями без участия рынка. То обстоятельство, что, по сути, мощность как отдельный товар в значительной мере ликвидируется – шаг в правильном направлении, поскольку на практике и конечные потребители, и сбыты оперируют объемами покупки в одноставочном формате, так же, как и генераторы.
В представленной модели есть определенная дискриминация ГП как структуры, по факту рыночно не заинтересованной в снижении цены, и это вызвало неоднозначную реакцию со стороны наших коллег по цеху на представленную концепцию. На собрании возникла дискуссия между представителем Объединенной Энергосбытовой Компании (ОЭСК), управляющей крупнейшими сбытами страны и входящей в холдинг ИНТЕР РАО ЕЭС, и Дмитрием Пономаревым. В ходе этой дискуссии, отвечая на очередной вопрос представителя ОЭСК, Дмитрий Валерьевич открыто заявил, что сегодняшний институт ГП, по его мнению, - системная ошибка в конструкции рынка, и именно поэтому всяческие улучшения и изменения модели в сторону конкуренции неизбежно сталкиваются с нестыковками в отношении ГП. Вот здесь я с председателем правления НП "Совет Рынка" полностью согласен. И я об этом говорю уже не первый год.
Конечно, нужно этот статус в сегодняшнем понимании «убивать». Это «дракон» розничного рынка, питающейся в своем «замке» перекресткой и неплатежами в ЖКХ, а потом уничтожающий конкуренцию на этом рынке, делая ее ущербной и искалеченной. Он будет жить ровно столько, сколько будут жить его запасы питания. И никакие фин.гарантии его не уничтожат. Для института сегодняшних ГП введение финансовых гарантий в адрес поставщиков на оптовом рынке приведет лишь к одному – дальнейшей монополизации отрасли и ее концентрации в трех-четырех крупных холдингах, связанных с большим бизнесом, в том числе энергетическим, всех сбытов страны. Но опыт вертикализации хозяйственно-экономической деятельности в энергетике, да и в стране в целом, уже показал, что палку-то перегнули. Мы превратили тех же наших менеджеров МРСК в регионах в сторожей, ходящих между вешками и не принимающих никаких ответственных решений. Кроме дальнейшего роста монополизации, такая политика порождает безответственность и закрывает социальные лифты для персонала. На оптовом рынке - свои всем известные "драконы" - они пожирают и опт, и розницу вприкуску.
Сегодня в моде другой тренд, по крайней мере, на словах, децентрализация. Поэтому я - за концепцию Дмитрия Пономарева, я даже за более радикальные меры на рознице, но все это должно делаться синхронно с принятием других решений по демонополизации рынка: ликвидации перекрестки и введению гарантий государства по неотключаемым потребителям. Суд, или прокурор, вынося решения о невозможности отключения того или иного потребителя должны одновременно указать плательщика за потребленную таким субъектом электроэнергию. Вот тогда это будет работать.
Насколько известно, это не единственная концепция по реформированию рынка. Знакомы ли Вы с альтернативной концепцией?
Да, я ее читал. Это концепция, разработанная известным «проектным ателье» в реформировании электроэнергетики – консалтинговой компанией «Карана». Она будет представлена официально на ближайшем заседании Наблюдательного Совета, которое я планирую посетить. Там все более радикально по сравнению с концепцией НП «Совет Рынка»: охватывается весь рынок, а не только мощность, модель ближе к скандинавской - тотальная конкуренция, переходы потребителей раз в квартал. На первый взгляд, в этой модели все смотрится хорошо. Однако вот про ограничители, про «пищу для драконов», про долгосрочное планирование на рынке сбыта, ничего не сказано. В целом тот факт, что лучшие умы страны занялись вплотную поиском новых моделей рынка, меня лично обнадеживает. Это означает, что у нас еще не все потеряно, в плане возможности построения настоящего капиталистического светлого будущего. Важно, чтобы это процесс опять не превратился в имитацию, в очередной пиар, за которым мало реального содержания. И еще, думаю, что новые лица в команде реформаторов будут отнюдь не лишними. А то как-то нехорошо получается: плыли-плыли с одними капитанами в одну сторону, что называется «приплыли», и те же капитаны, которые и завели нас в тупик, вдруг вновь оказываются на мостике.
Информационное агентство Nord-news.ru
